"У АА нет ни собственности, ни руководящих органов, ни платных консультантов. Есть только журнал «Виноградная лоза», в котором собраны рассказы алкоголиков и информация о группах. Отцы-основатели АА построили работу так, что в организации не может быть никакой бюрократической прослойки. Они верили, что программа станет эффективной, если будет простейшей по сути своей: один алкоголик исправляет свою жизнь, помогая другим алкоголикам. Но результаты АА настолько велики, что со временем возникли 250 других разновидностей групп поддержки, пользующихся той же самой программой из двенадцати шагов, начиная от Анонимных Шоколадоголиков и заканчивая группами раковых пациентов. Все они строятся на одних принципах.
Многочисленные параллели с ранней церковью — это не простое совпадение. Основатели АА были христианами. По их настоянию обязательной частью программы является зависимость от Бога. В тот вечер, когда я был с ними, все хором повторяли «Двенадцать шагов». Звучали слова о том, что они полностью полагаются на Бога, дарующего прощение и силу. (Агностики могут вместо слова «Бог» говорить «Высшая Сила», но через некоторое время даже им эти слова начинают казаться безликими и неуместными. Обычно и они начинают произносить слово «Бог».)
Мой друг заявляет, что АА заменили ему церковь. И это его несколько волнует.
— Группы АА переняли социологию церкви, некоторые термины и концепции, но у АА нет никакой духовной доктрины, — говорит он. — Мне не хватает учения, я просто пытаюсь выжить, и АА помогают мне в этом лучше, чем церковь.
Другие анонимные алкоголики рассказывают, что не хотят ходить в церковь, потому что церкви осудили их, отвернулись от них. В поместной церкви они не могут позволить себе роскошь встать и во всеуслышанье заявить: «Привет. Меня зовут Том. Я алкоголик и наркоман».
Для моего друга знакомство с «Анонимными Алкоголиками» означало спасение в самом буквальном смысле. Он знает: стоит ему хоть раз оступиться — он окажется в могиле. Его партнер по АА не раз отвечал на телефонные звонки моего друга в четыре часа утра. А тот в это время сидел в ночном ресторане и, как школьник, снова и снова писал на листке бумаги: «Боже, помоги мне продержаться еще пять минут».
Это «полуночная церковь» произвела на меня большое впечатление. Но я был и обеспокоен: АА помогают нуждам людей так, как не может помочь поместная церковь. По крайней мере, она не смогла помочь моему другу.
Я попросил его сказать, что такого есть в АА, чего не хватает церкви. Он долго молчал. Я думал, он скажет что-нибудь о любви, сострадании. Скажет, что в церкви им не интересуются, что церковь — слишком жесткая структура. Но он произнес лишь одно слово: «зависимость».
— Никто из нас не может выжить в одиночку. Не за этим ли пришел Иисус? — начал объяснять мой друг. — Но посмотришь на людей церковных — они самодовольны, набожны, считают себя выше всех. У меня нет ощущения, что они не могут прожить без Бога или друг без друга. Кажется, все в их жизни хорошо. Посещающий церковь алкоголик чувствует себя низшим существом, недоделанным каким-то.
Он немного посидел молча. Потом улыбка начала расплываться по его лицу.
— Смешно, — промолвил он наконец. — Больше всего я ненавижу алкоголика в себе. Но именно мой алкоголизм Бог использовал для того, чтобы привести меня к Себе. Я — алкоголик, и поэтому знаю, что не могу выжить без Бога. Каждый день я живу только благодаря Ему. Возможно, именно в этом искупительный смысл алкоголизма. Может, Бог призывает нас, алкоголиков, показать святым, что значит зависеть от Бога, от общины Божьей." Филипп Янси
Комментарии
Отправить комментарий